Война. Сколько в этом слове боли, слез, тоски, воспоминаний! Особенно у тех людей, которые пережили все то, о чем мы, молодое поколение, можем только услышать от живых свидетелей тех страшных событий, прочесть в книгах или увидеть в кино. Сколько же нужно душевных сил тем, кто пережил Великую Отечественную, чтобы всю жизнь нести на себе тяжелую ношу утрат и горечи, воспоминаний о голодном детстве и жестоких боях! В военное лихолетье тысячи жителей Бобруйщины сражались с немецко-фашистскими захватчиками на разных фронтах, в тылу врага, далеко за границами своего района. За время оккупации сотни жителей Бобруйщины гитлеровцы вывезли в Германию.

Одной из тех, кто пережил много страшных дней, месяцев в чужой далекой стране, является моя собеседница  (на снимке), 1925 года рождения. Отец Ольги Степановны работал на железной дороге, мать была домохозяйкой, всего в семье росло пятеро детей. Ольга Степановна вспоминает, как в июне 1941 года еще никто не мог и предположить, какие испытания ждут всех. «О начале войны мы узнали по радио из уст председателя Совнаркома СССР В.М. Молотова, — рассказывает Ольга Степановна. — Эти слова, конечно же, напугали, но кто знал, что весь наш обыденный уклад жизни, сложившийся годами, изменится и начнется настоящий кошмар: люди будут умирать в нечеловеческих муках и страданиях, прятаться в лесах, голодать, чувствовать невыносимую физическую и моральную боль. Но всем хотелось жить…». На глаза моей собеседницы наворачиваются слезы, и, смахнув их тыльной стороной ладони, она продолжает свою историю.

— Было весеннее утро 1944 года, незадолго до Победы. Ночью деревня Савичи Бобруйского района оказалась в оцеплении. С улицы доносились голоса полицаев, которые подсказывали немцам, сколько человек живет в том или ином доме. Немцы врывались в дома, забирали молодежь, а затем парней и девушек выводили на улицу и строили в шеренги. Кругом стояли душераздирающие крики, истошный женский плач, лязг железа и лай собак. Нас посадили в машины и отправили в Бобруйскую крепость. Затем была жуткая ночь страха и неизвестности, горькое прощание с матерью, которая всю ночь пешком добиралась из деревни до города, чтобы попрощаться со мной и передать еду. И вот в эшелонах по железной дороге нас отправили в Германию. По прибытии поезда молодежь снова выстроили в колонну. Отобрав шестерых человек, в числе которых оказалась и я, нас посадили в пассажирский поезд и отправили на химический завод. Там нас определили в сушевой цех, где было настолько жарко, что те, кто был послабее, просто теряли сознание. Работали каждый день с 6 утра до 5 вечера, по субботам до обеда, а в воскресенье давали выходной. Жили в здании бывшего клуба, в отсеках по 5 человек. Соседями были поляки, французы, литовцы. Ели мы брюкву и тыкву — только эту скудную пищу можно было позволить себе на ту мизерную зарплату, выдаваемую в марках. Готовить приходилось самим, прямо в комнате на буржуйках, от которых в помещениях постоянно стояли копать и смрад. И так продолжалось целый год.

Теперь нас уже не охраняли. Да и зачем? Бежать некуда, кругом чужая страна и неизвестно, что ждет тебя за стенами твоей закопченной и грязной комнаты. Не было никакой надежды на свободу, и все уже давно мысленно простились с родными и близкими. Но освобождение пришло внезапно, со стороны американцев. А через некоторое время пришли наши. Когда мы увидели машины, на которых были развешаны полотнища с изображением Сталина, радовались, как сумасшедшие.

Затем была дорога домой… Опять тяжелая и сложная, через всю Украину, но это была уже иная дорога — дорога к свободе. И когда за окном замелькали знакомые станции: «Могилев», «Жлобин», а потом и «Березина», сердце готово было выскочить из груди. Со станции не шли — бежали домой. Никто не мог поверить, что после долгой разлуки с родиной, мы снова увидим знакомые с детства пейзажи, обнимем родных и близких, вдохнем полной грудью до боли знакомый воздух. И вот она, деревня Савичи, — Ольга Степановна заплакала.

…Прошли годы. Печаль пережитого не сломала эту женщину, а обернулась в мужество и силу. Она смогла утвердиться в этом мире, жить нормальной жизнью. О.С. Вавуло воспитала 4 детей, теперь у нее 7 внуков, подрастает 2 правнука.

Кто пережил войну, тот никогда не забудет ее, даже если был ребенком. Человека, видевшего ужасы тех страшных лет, можно сразу узнать по глазам, как и у моей собеседницы — в них много скорби и печали, а еще чего-то такого, чего нам, живущим под мирным небом, никогда не понять.

 Яна ФИЛИППОВА,

ученица Телушского

УПК «Детсад-ОСШ».