«Бобруйский котел»: документы, факты, загадки истории. Часть 9. На Щатковском плацдарме

(Продолжение. См. начало: часть 1, часть 2, часть 3, часть 4, часть 5, часть 6, часть 7, часть 8)

Cпецпроект районной газеты, посвященный наступательной операции советских войск в июне 1944 года.

На Щатковском плацдарме

Запертые в Бобруйске гитлеровцы оказались в ужасном положении. Немецкий историк Алекс Бухнер пишет об этом так: «В переполненном городе, где, по оценкам, находилось 70 тысяч человек, начал разверзаться ад. Боеприпасов и продовольствия было мало. Воды не было. Большинство сброшенных с самолетов контейнеров приземлилось у русских.
Раненых из некоторых перевязочных пунктов перенесли в неподготовленные казематы цитадели, хоть какое-то защищенное место, где, в конечном счете, собралось 5 тысяч раненых. Они должны были остаться там вместе с медперсоналом, поскольку эвакуировать их больше было невозможно».

Советская артиллерия при поддержке авиации вела массированный огонь по городу. Целые кварталы домов в Бобруйске 28 июня были охвачены пламенем, горели склады. К утру 29 июня город был очищен. По данным немецких историков, 74 тысячи солдат и офицеров погибли или оказались в плену, включая коменданта Бобруйска, генерал-­лейтенант вермахта Адольфа Гамана. Тем не менее, нескольким тысячам гитлеровцев удалось все же прорваться и выйти из «Бобруйского котла».

В июне 2014 года в Минске прошла Международная научно-практическая конференция «Беларусь: памятное лето 1944 года», посвященная 70-летию освобождения Беларуси от немецко-фашистских захватчиков, на которой прозвучал доклад молодого историка Максима Синицына «Обзор действий советских войск по ликвидации Бобруйской группировки противника в июне-июле 1944 года», где обосновывался такой факт, что крупной немецкой группировке все-таки удалось вырваться из города немалыми силами при поддержке танков, артиллерии, самоходных орудий.

Сейчас уже известно, что прорыв немцев из окружения начался после того, как в 12 часов дня 28 июня был получен приказ фюрера на оставление Бобруйска и снятия с него статуса «крепости».

Как рассказывает младший научный сотрудник Бобруйского районного историко-краеведческого музея Людмила Левченя, в настоящее время архивные документы ЦА МО РФ, а также описание событий с немецкой стороны, воспоминания ветеранов, которые принимали непосредственное участие в этих боях, позволяют с уверенностью утверждать, что противнику удалось вырваться из «котла», и это, естественно, повлекло за собой снижение темпов наступ­ления нашей армии.

Для советских войск в ночь на 29 июня под Бобруйском сложилась тяжелая обстановка. С северо-запада город прикрывала только 356-я дивизия. Численность рот в полках дивизии составляла всего по 60-70 человек. По приказу штаба 65-й армии в 1185-м полку был создан штурмовой батальон, в который вошли лучшие бойцы дивизии, которые обороняли ст. Мирадино. Севернее оборонялся 1181-й полк, а у реки Березина находился 1183-й полк. Протяженность позиций составила 4 км.

В 2 часа ночи гитлеровцы вклинились в оборону 1181-го и 1183-го полков. В 8 часов утра, несмотря на ожесточенное сопротивление наших войск, фронт обороны был прорван. Одна группировка противника прорвалась вдоль берега Березины на север, другая — еще большей численности — вдоль шоссе на Сычково. Советские войска вступали с ними в ожес­точенные бои, которые нередко переходили в рукопашные схватки.

Людмила Левченя на месте боев у д. Щатково.

По воспоминаниям гвардии подполковника А.А. Тестина (в июне 1944 года — гвардии майора, командира 286-го отдельного гвардейского минометного дивизиона) с выходом 8-й мотострелковой бригады на Бобруйское шоссе в районе Сычково утром 29 июня колона внезапно была атакована противником, прорвавшимся из города в северном направлении.

«Пытаясь вырваться из окружения, — вспоминал впоследствии командир 3-го стрелкового взвода 4-й стрелковой роты 457 СП 129-й Орловской дивизии Л.К. Макаренко, — фашисты лавиной «шуганули» вдоль шоссе Бобруйск-Минск и наткнулись на наш передовой отряд в составе 400 бойцов. На их пути оказалась 4-я рота ст. лейтенанта Александра Меркушева, находившаяся в боевом охранении и занимавшая боевые рубежи восточнее деревни Сычково. Разгорелся кровопролитный бой. Все кругом горело. Стояли насмерть. За день было отбито до 13 атак».

На Щатковском плацдарме развивались события, наполненные не меньшим драматизмом, чем на шоссе Бобруйск-Минск. Тысячи гитлеровцев при поддержке танков, артиллерии, минометов любой ценой стремились вернуть захваченную переправу через Березину. Разгорелись кровопролитные бои.

Отрезать отход немцев через Кривой Крюк, Щатково и вдоль Березины было приказано командиру танкового батальона 16-й танковой бригады капитану Н.А. Изюмову. В жестоком бою, который разгорелся на переправе, капитан Изюмов лично подбил семь немецких танков.

8 мая 1975 года в Щатково состоялось открытие памятника воинам 356-й дивизии, который напоминает открытую книгу, на странице которой мы читаем 117 фамилий, которые удалось установить. За учас­тие в обороне Щатковской переправы пять человек получили звание Героя Советского Союза посмертно, два — звание Героя Советского Союза.

И на сегодняшний день из этих более 2 000 павших солдат и офицеров на Щатковском плацдарме, более 700 советских воинов остаются неизвестными и неоплаканными своими родными и близкими.

Алесь КРАСАВИН.
Фото Юрия ЮРКЕВИЧА.

(Окончание следует).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.