«Бобруйский котел»: документы, факты, загадки истории. Часть 5. Бридский Мох

(Продолжение. См. начало: часть 1, часть 2, часть 3, часть 4)

Cпецпроект районной газеты, посвященный наступательной операции советских войск в июне 1944 года.

Бридский Мох

К началу операции «Багратион» в составе четырех фронтов было сосредоточено 2400 тыс. человек, 52 тыс. танков и САУ, 36 тыс. орудий и минометов, 5300 боевых самолетов. Советские войска превосходили противника в людях в 2 раза, в танках и самоходных (штурмовых) орудиях — в 5,8, в орудиях и минометах — в 3,8, в боевых самолетах — в 3,9 раза. Ни в одной из предшествовавших операций, начиная с 1941 года, в Красной армии не было такого количества артиллерии, танков и боевых самолетов.

В соответствии с директивой Ставки Верховного Главнокомандования 1-й Белорусский фронт имел задачу армиями правого крыла окружить и уничтожить бобруйскую группировку противника, для чего 3-я и 48-я армии наносили удар из района севернее Рогачева, а 65-я, 28-я армии и конно-механизированная группа генерала Плиева — из района нижнего течения Березины, охватывая Бобруйск с двух направлений.

Ответственная задача была поставлена перед Днепровской военной флотилией (командующий — капитан 1 ранга В.В. Григорьев). Ее корабли должны были содействовать войскам 1-го Белорусского фронта при проведении наступательной операции в прибрежных районах рек Березина и Припять, поддерживая их огнем корабельной артиллерии и высадкой тактических десантов и диверсионных групп, осуществлять перевозку частей через водные преграды.

К этому времени флотилия насчитывала 23 бронекатера, 20 тральщиков, 13 сторожевых катеров, 10 катеров противовоздушной обороны, 26 полуглиссеров, одну 100-мм плавучую батарею, два зенитных артиллерийских дивизиона и другие отдельные сухопутные части и подразделения.

С мощным ударом советских войск под Бобруйском должен быть слиться удар белорусских партизан, с которыми были налажены связь и оперативное взаимодействие войск.

К лету 1944 года на белорусской земле действовали 143 тыс. партизан, входивших в состав 150 партизанских бригад и 49 отдельных отрядов. Еще в начале июня Белорусский штаб партизанского движения подготовил план новой рельсовой операции, который 7 июня был рассмотрен и утвержден ЦК Компартии Белоруссии. Партизаны наносили удары по коммуникациям противника, срывали подвоз подкреплений, вооружения и боеприпасов к линии фронта, организовывали засады. Словом, в тылу врага сражалась внушительная сила, которая должна была действовать совместно с войсками Красной Армии.

Наступление советских вой­ск на Бобруйск началось ранним утром 24 июня 1944 года. Еще ночью на командный пункт 28-й армии прибыл генерал К.К. Рокоссовский (маршалом Советского Союза он станет спустя 5 дней, 29 июня). Позже в своих мемуарах Рокоссовский вспоминал: «В ночь на 24 июня мы с генералами Телегиным, Казаковым и Орлом поехали в 28-ю армию. Наблюдательный пункт командарма А.А. Лучинского был оборудован в лесу. Тут была построена вышка, высота которой равнялась росту самых мощных сосен. С нее мы и решили наблюдать за развитием сражения на этом участке. Представитель Ставки Г.К. Жуков, в свое время горячо отстаивавший идею главного удара с днепровского плац­дарма 3-й армии, отправился туда. Уезжая, Георгий Константинович шутя сказал мне, что они с Горбатовым подадут нам руку через Березину и помогут вытащить войска из болот к Бобруйску».

На рассвете, после мощной артподготовки, в которой участвовало несколько тысяч артиллерийских и минометных орудий, пехота и танки, войска 1-го Белорусского фронта пошли в атаку.

Военный корреспондент Василий Гроссман (1944 г.)

«Войска генерала Горбатова начали артиллерийскую подготовку в четыре часа утра. Дул порывистый холодный ветер рассвета. Воздух, избы в пустой деревне, деревья, земля, не по-летнему низкие облака казались серыми, словно весь мир в этот рассветный час был нарисован скучными водянистыми чернилами. На деревьях, торопя приход солнца, кричали птицы. Серый свет без солнца тревожил и пугал их. В это утро было две зари. Небо на западе осветилось мерцающим, сплошным и беспрерывным огнем, он спорил с огнем всходившего солнца. Святой огонь отечественной войны», — это строки из очерка участника и очевидца тех событий, военного корреспондента газеты «Красная Звезда» Василия Гроссмана под названием «Бобруйский котел», который выйдет в советской печати спустя шесть дней, 28 июня. Именно этот автор навсегда закрепил за Бобруйской наступательной операцией этот устойчивый оборот — «Бобруйский котел». Позже мы еще вернемся к потрясающей судьбе Василия Гроссмана, ставшим в послевоенные годы известным советским писателем, но чей главный и масштабный труд — эпический роман «Жизнь и судьба» — был запрещен в СССР.

«День и час наступления рождаются в великой тайне. Но, конечно, тысячи тысяч людей, вся Красная Армия, весь советский народ знали, что наступление будет и ждали его», — с этих слов начинался очерк Василия Гроссмана. — «В чем же, рождается вопрос, тайна наступления, если все мы, и не только наши друзья, но и враги наши, ждали его?», — далее спрашивал автор и отвечал: «Тайна наступления была в том, что немцы не знали дня его и часа, не знали направления главного и вспомогательных ударов».

Но тогда, на рассвете 24 июня, «Бобруйский котел» еще только начинали «заваривать».

По гатям через болото Бридский Мох осторожно ползла огромная черная гусеница — это была колонна танков генерал-лейтенанта Панова. Каждый танк был снабжен фашинами, бревнами и специальными треугольниками для прохода через широкие рвы.

Как мы уже писали, противник не ожидал там удара советских войск. Уже в первую половину дня войска 65-й армии генерала Батова продвинулись на 12 километров, а к исходу 24 июня благодаря успешному прорыву через болото Бридский Мох советские войска смогли продвинуться на 30 км, освободив несколько населенных пунктов, в том числе Раковичи, Петровичи, Николаевку, Селище, Кнышевичи, Здудичи, Паричи.

Это был настоящий прорыв. Маршал Жуков, не поверив в донесение, тут же по телеграфу вызвал командующего 65-й армией и приказал назвать точное расположение войск. Ведь у наступавших в районе Рогачева войск 3-й армии генерал-лейтенанта А. Горбатова, 48-й армии генерал-лейтенанта П. Романенко и 9-го танкового корпуса генерала Б. Бахарова за плечами на тот момент значилось всего 2 километра отвоеванной у врага территории. Как пишет П. Батов в своих воспоминаниях, Г. Жуков затем сам приехал, чтобы убедиться в правдивости слов командующего армией.

* * *
21 июня 2014 года на 71-м километре трассы Р-31 (Бобруйск-Мозырь-Новая Рудня) в районе деревень Раковичи и Михайловка Светлогорского района по случаю 70-летия освобождения территории от немецко-фашистских захватчиков был открыт мемориал «Операция «Багратион». Именно с этих мест начиналась известная военная операция.

На сегодняшний день это единственный памятник, посвященный успешно проведенной советскими войсками в годы Великой Отечественной войны крупномасштабной наступательной операции.

Мемориал представляет собой две направленные вверх стрелы, символизирующие направления главного удара. В центре расположены фигуры четырех полководцев — Георгия Жукова, Константина Рокоссовского, Павла Батова и Михаила Панова. Справа и слева — наступающие советские воины. А внизу — спасительные гати.

Подготовил Алесь КРАСАВИН.

(Продолжение следует)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.