Юность, опаленная войной

yunostКаждый человек проживает свою уникальную жизнь, история каждого по-своему неповторима и интересна. И я узнала такую историю, побеседовав с ветераном Великой Отечественной войны Марией Станиславовной Лещун (на снимке).

Когда война огненным смерчем ворвалась в жизнь мирных людей, тринадцатилетняя Мария училась в пятом классе. Вся большая семья, в которой подрастало 7 девочек разного возраста, жила в деревне Бояровщина Бобруйского  района. С ужасом люди наблюдали за тем, как отступали в полном смятении голодные, изможденные солдаты Красной армии, осознавая безразмерность того горя, которое  свалилось на них. Сельчане сочувствовали солдатам, и делились с ними последним кусочком хлеба, умоляя их выстоять в этой страшной войне.
В той местности, где проживала Мария Станиславовна осталось много красноармейцев в окружении, фронт ушел на восток, и части были отсечены от основных сил Красной армии. Некоторые солдаты просто разбегались по домам, кто-то пробивался через линию фронта, кто-то шел в партизаны, а кто-то просто оставался жить на оккупированной территории.
Но несколько офицеров, оставшихся в тылу врага, создавали партизанские отряды. В отряд ушла одна из старших сестер Марии Станиславовны, она была там поваром.
Начало широко развертываться партизанское движение, и Мария Станиславовна со своей старшей сестрой помогали партизанам: передавали записки с информацией другим связным, которые, в свою очередь, доносили сведения в партизанский отряд. Плюсом было то, что Мария Станиславовна знала многих учителей и работников стеклозавода в поселке Глуша, где базировались немецкие части. Все необходимые сведения о дислокации врага передавались ей, а она, в свою очередь, передавала их другим людям. Она знала, где находились партизаны, но в целях конспирации постоянно, чтобы ее отсутствие не было замеченным,  проживала в деревне,
Задания у связной были опасные, но у девочки-подростка не было такого чувства, как страх. Было чувство долга, понимание, что нельзя сдаваться.
Однажды вместе с партизаном Гончаровым Мария участвовала в перевозке оружия из Глуши в Бояровщину. Это оружие предназначалось для партизан. Они сделали вид, будто приходятся друг другу отцом и дочкой. И под настилом его перевезли. А вскоре семью Марии постигло большое горе. Ее старшая сестра Геля, которая ждала ребенка, вместе с мужем и его отцом попали в лапы врагам. Они тоже были связаны с партизанами, изготавливали ящики для хранения мин. Узнав об этой связи, фашисты всех вывезли в Старые Дороги и расстреляли, даже беременную женщину.
Жить Марии Станиславовне приходилось не в родном доме со своей семьей, а в бараках, стоявших отдельно от отряда. Боялись немецких карателей.
Положение ухудшалось: немцы сожгли две деревни — Белая  и Колесово, которые стояли неподалеку. Из-за того, что партизаны подрывали эшелоны, фашисты преследовали их и жестоко с ними расправлялись. Все ощущали нависшую над ними угрозу. Когда каратели вошли в деревню, где жила девушка, она и еще два парня спаслись бегством через реку Красная. И сегодня, вспоминая тот страшный день, Мария Станиславовна недоумевает, как ей удалось избежать смерти — фашисты не скупились на пулеметные очереди. Но все же их выследили и схватили, посади в склеп в деревне Глуша. Через какое-то время перевезли в Бобруйск в какую-то башню. Мария Станиславовна говорит, что сколько раз ни была в городе, не может узнать то самое место, где ей довелось пережить столько ужасов! Мужчин и женщин разделяла стена, условия были жуткие. На всех допросах говорила одно и то же: будто испугались, когда соседние деревни сожгли, и стали прятаться. Допрос вели с переводчиком, допрашивали по несколько раз. Пытались узнать, кто еще был в отряде, где они находятся, но Мария Станиславовна делала вид, что ничего не знает.
Сидеть в заточении сложа руки не могли и однажды ночью через стену в мужскую половину передали записку, в которой было написало, что ночью планируется совершить побег. Но в обед приехала машина, и пленных отвезли в те же Старые Дороги. Мария Станиславовна готовилась к смерти, ведь там фашисты расстреляли ее сестру. Но совершенно неожиданно на допросе немецкий офицер, выпроводив конвоира, намазал на кусок хлеба масла, и на чистом русском языке сказал: «Ешь и помни, что на допросах говори только то, что говорила раньше и ничего больше.  Будут отправлять в Германию, соглашайся, иначе расстреляют».
Из Старых Дорог Марию Станиславовну снова перевезли в Бобруйск. Мужчина, работавший в тюрьме истопником, рассказал девушке, что пленные пытались сбежать, но их поймали и расстреляли.
Но смириться с участью быть угнанными в Германию пленные не хотели, и приняли решения повторить попытку к бегству при отправке в Неметчину по  дороге из Бобруйска в Осиповичи. Восемнадцать человек спрыгнули с поезда на ходу. Фашисты открыли по беглецам огонь. Но и тут ангел-хранитель уберег Марию от смерти. Стояли сильные морозы. Беглецы семь суток — часто сбивались с дороги, без еды и питья, добирались до Бояровщины. В результате получили множественные обморожения. Когда дошли до деревни  Слобода, их чуть было не схватили немцы. И Мария Станиславовна пережила еще один, третий, обстрел. Когда все же дошли до Бояровщины, в деревню идти побоялись, пошли в бараки. Их здесь немного — после голодовки сразу нельзя было есть вдоволь, накормили и уложили спать. Здесь Мария узнала, что все ее родные перебралась в деревню Глуша.
Еще один интересный факт: Мария Станиславовна была знакома с известным белорусским прозаиком Алесем Адамовичем и его семьей. Его мать работала в аптеке, а отец был фельдшером (о нем Мария Станиславовна вспоминает с теплом, говорит, что был славным человеком). Сам Алесь и брат Марии Станиславовны Евгений сражались в одном партизанском отряде. Похоронен Алесь Адамович в Глуше, хотя долгие годы проживал в Москве.
Когда война закончилась и об этом все узнали, Мария Станиславовна говорит, что словами нельзя передать те чувства, которые испытывали люди. Наконец закончился тот ад, который в своем огненном жерле погубил практически все мужское население округи. Болью в сердце напоминали о себе уничтоженные деревни и погибшие родственники, товарищи, друзья. Марии Станиславовне посчастливилось выжить, но нестерпимо болели раны. Были серьезные проблемы с ногой, но она была уверена в том, что раз ей была дарована жизнь, она будет жить, для того, чтобы помнить весь ужас войны и делать все от нее зависящее, чтобы он не повторился. Когда здоровье более-менее поправилось, Мария Станиславовна вышла замуж, родила троих деток, и на протяжении всей своей жизни делилась с подрастающим поколением горькими воспоминаниями о своей юности, опаленной войной, чтобы они осознали в полной мере, какое это огромное счастье жить под мирным небом. Долгое время работала в совхозе «Дойничево», затем молокосборщицей. В свой адрес за добросовестный труд слышала только добрые слова, не раз награждалась грамотами и ценными подарками.  Будучи уже на пенсии, возглавляла ветеранскую организацию у себя в округе.
В настоящее время Мария Станиславовна не сидит сложа руки, работает по дому, в ее огороде образцово-показательный порядок. Ей помогает дочь, радуют внуки и правнуки, их у Марии Станиславовны девять.
Общаясь с ветеранами, я не устаю поражаться их силе воли и жизнелюбию. Несмотря на свой преклонный возраст, они, даже не взирая на не совсем крепкое здоровье, стараются вести активный образ жизни. И я хочу от лица молодого поколения сказать, что мы Вас, уважаемые ветераны, помним, гордимся вами и никогда не забудем! Спасибо Вам за вашу стойкость, несгибаемость, силу духа и большую любовь к своей Родине!

Евгения Винник, юнкор.
Фото Дмитрия БЕГУНОВИЧА.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.