Достойный сын Отечества

Год за годом, десятилетие за десятилетием бежит, летит время. Наша страна, оставшаяся в руинах и развалинах после Великой Отечественной, давно отстроилась. Заросли, затянулись воронки на израненной когда-то взрывами бомб и снарядов земле. Война безжалостно прошлась по судьбам людей того времени. Никаким книгам не пересказать всего того, что перенес советский народ, того, что и как пережили наши деды и бабушки в ту суровую годину. Мало что напоминает сегодня о суровой военной године, лишь память участников войны не подвластна времени, хранит до подробностей канву грозных событий… Живым свидетелем того далекого прошлого,  раздвинувшего пелену ушедших лет, является уважаемый в нашем районе человек, ветеран Великой Отечественной войны В.В. Дичковский. Несмотря на преклонный возраст и пошатнувшееся здоровье, он  цепко держит в голове дела давно минувших дней.

Он был старшим в многодетной семье, поэтому слишком рано познал тяжелый крестьянский труд. Еще совсем мальчонкой был, а уже за плугом ходил, косил и пахал наравне со взрослыми. Ему было 13, когда в дом постучалась беда — не стало самого дорого и близкого человека — мамы. В доме еще четверо детей мал мала меньше. Он стал основным помощником отцу и надежной опорой младшим детям. Иногда спал всего лишь по нескольку часов в сутки — в свободное от работы по дому время он готовился к урокам, читал книги. Иной раз так и засыпал с ней в руках. И в своем классе он бы одним из самых успевающих учеников. Педагоги говорили, что ему обязательно нужно учиться дальше, чтобы стать дипломированным специалистом. Пророчили ему большое будущее. И он каждый день, в любую погоду  с радостью бежал в школу, которая находилась в восьми километрах от Глебовой Рудни, где в то время жила его семья. Он строил планы поступить в техникум, а тут жизнь внесла свои коррективы: женился отец, которому нужна была хозяйка в доме. Семья переехала в Петровичи, где один за другим родились еще двое детей. Хлопот и забот у Владимира прибавилось. Естественно, возросли и затраты. Нуж­но было зарабатывать деньги, и от мысли о продолжении учебы пришлось отказаться. Он устроился в лесоустрои­тельную партию. Работа была тяжелая, но ему было не привыкать к непосильному труду. Но что характерно, он продолжал много читать, и надеялся, что все же сможет продолжить учебу. В это время в сердце родилась любовь к самой красивой девушке в округе Валентине. Ее среди других выделяли не только природная красота, но и трудолюбие, доброта, порядочность и… застенчивость. Валентина ответила  взаимностью. И 28 октября 1940 года, когда его призывали в армию, любимая заверила, что обязательно дождется его. В тот день они даже предположить не могли, что их разлука растянется на долгие 5 лет, и что между ними ляжет настоящая страшная пропасть — война, в огненном жерле которой чуть не остался Владимир.

Слу­жить довелось в Прибалтике.  Он, с отличием окончив школу радистов, служил по этой специ­альности, был на хорошем счету. Сердце согревали письма от родных и Валентины. Они мечтали о встрече, но 22 июня 1941 года были перечеркнуты все планы и надежды.

— Что такое война я понял уже в первый ее день, когда фашистские самолеты, летевшие бомбить Каунас, сбросили не­сколько бомб на гаубичный артиллерийс­кий полк, где служил мой  земляк Федор Гайшун, — вспоминает ветеран и глаза его предательски повлажнели. — За считанные минуты по­гибли все…

 А для Владимира и его однополчан начались суровые будни войны. В разных передрягах пришлось побывать, но ему  все как-то везло выходить без единой царапины даже из самых страшных боев. А потом в его военной биографии началась черная полоса. В один из зимних дней его вызвали в штаб. На улице во всю лютовал мороз, переваливший за 40 градусов, с ног сбивала вьюга, заметая дорогу. Владимиру с трудом давался каждый шаг, он больше всего боялся сбиться с дороги и не придти вовремя в штаб. Отошел всего лишь метров триста от радиостанции и затерялся в снежной буре. Попытался сориентироваться, но заветной тропки отыскать так и не смог. И вдруг в нескольких метрах от Владимира, рядом с огромным вы­вороченным пнем, разорвался снаряд… И все. Беспамятство. Кромешная тьма… Пришел в себя уже в гос­питале. Сквозь пелену рассмотрел рядом с собой медсестру. Медленно начало возвращаться сознание. Обрадовался, что жив. Попытался пошевелить конечностями — ноги пронзила острая боль, от которой он чуть вновь не потерял сознание. Медсестра позвала доктора.

— Доктор, что с ногами, — превозмогая боль, спросил Владимир.

— Ну, вот и хоро­шо, что очнулся. Значит, жить будешь, а то ведь несколько дней без сознания был, все бредил. Тебя от смерти спас выво­роченный пень, а вот замерзнуть това­рищи не дали — когда ты в штаб не явил­ся, бросились тебя искать, — ушел от прямого ответа врач.

— Что с  ногами? — задал волнующий его вопрос Владимир.

— У тебя сильное обморожение ног… Скорее всего, нужна ампутация…

Владимир, осознав услышанное, прикрыл глаза. Ему всего лишь 21 год. Кому он нужен, безногий инвалид! А Валюша!.. Зачем он ей такой! И принял, по его мнению, единственно правильное решение — застрелиться. Попросил принести ему пистолет.

— Ты, парень, дурить брось. Жить тебе долго, совсем ведь мальчишка еще…

— Что бы ни случилось, ты должен выдержать сражение, — понеслось со всех сторон…

Владимир понимал, что малодушие в данной ситуации ему не подспорье. Он лежал, закрыв глаза, думая о том, как и что будет дальше, как выдержать это непосильно тяжелое сражение. Перед его глазами встала любимая девушка. Она ведь надеется, что она ждет, такие теплые письма, пронизанные любовью, пишет. Он не должен ее подвести… И он стал бороться за свою жизнь, и очень надеялся, что все же удастся избежать ампутации. И случилось чудо.

Однажды врач при очередном осмотре довольно улыбнулся:

— А ведь обойдемся мы, видимо, без операции. Будешь ты, парень, ходить, обязательно будешь.

До выздоровления были месяцы. Но он встал на ноги и убедил комиссию, которая хотела его комиссовать, чтобы его направили на фронт….

Человеческой памяти свойственно хранить в себе многие страницы жизни, одну из них Владимир Викторович отчетливо помнит до сих пор.

— Мы вроде бы при штабе были, нам на­град за нашу службу особо не давали, но пороха довелось понюхать сполна, — вспоминает военное лихолетье ветеран. — В первые месяцы войны противнику удалось разрушить значительную часть наших воздушных и полевых кабельных линий, что привело к длительным перерывам в работе проводной связи. Связистам не хватало современной техники, боевого опыта, умения обеспечивать связь в маневренных условиях, при сильном воздействии авиации и артиллерии противника, при его частых нападениях на узлы и линии связи. Смерть ходила за нами по пятам, и я никогда не думал, что останусь в живых. Не раз в непроходимых местах приходилось перетаскивать радио­станцию на себе, неоднократно это делал под практически не прекращающимся ог­нем, но связь давал исправно.

А однажды Владимир получил задание в составе группы из четырех человек взять «языка» на Калининском фронте. Рацию не­сли по очереди. Когда дошли до нужного места, заняли выжидательную позицию, но ожидание могло затянуться надолго, и ребята решили обманом выманить немцев из их укрытия. Нашли, где проходит линия связи, подключились к ней, и услышали немецкую речь. Один из ребят, хорошо знавший немецкий, пере­водил. Информация была передана в штаб,  а затем они вырезали большой кусок кабеля, отброси­ли его подальше, и заняли выжидательную позицию. Вскоре услышали негром­кую немецкую речь. А вскоре в поле зрения ребят один за дру­гим появились два фашиста, которые пытались найти обрыв. Всего несколько минут потребовалось связистам, чтобы взять «языка», который был  доставлен в нуж­ное время в нужное место.

— Мы знали, дано задание, мы должны его выполнить. И выполняли, порой це­ной своей собственной жизни. Сколько друзей моих погибло в той страшной вой­не… — горько вздохнул ветеран.

Всего лишь 10 километров не дошел до Эльбы 221-й Гвардейский стрелковый полк, в котором воевал Владимир Дичков­ский. Там и Победу встретил. Радость от осознания того, что на землю пришел мир, была огромная, но к мирной жизни вер­нулся только в 1946 году. В 1947-м он наконец-то смог жениться на любимой девушке. Больше полувека прожили они в мире и согласии, вырастили четырех, до­стойных уважения, детей, всем дали высшее образование. Они подарили родителям 7 внуков, те в свою очередь 5 правнуков. Один внук живет в Израиле, внучка — в Америке. Практи­чески всю жизнь Владимир Викторович проработал в райфинотделе, а, уйдя на пенсию, еще четыре года работал ревизо­ром филиала «Сбербанка». За свой 46-лет­ний стаж работы он неоднократно награж­дался грамотами, ценными подарками, но главной наградой для него всегда было и остается уважение людское. Не так давно ушла из жизни верная спутница жизни Владимира Викторовича, его Валентина. Пусто стало в душе и на сердце убеленного сединой ветерана, будто ему в одно мгновение обрезали крылья. Единственная отрада, которая у него осталась, это дети и внуки, которые безгранично любят дорогого им человека, родоначальника их большой и дружной семьи. А еще воспоминания…

Елена БЕГУНОВИЧ.

Фото из архива редакции.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.